Песни А. Галича как исторический источник

Школьное сочинение

Источником информации о прошлом может быть практически все: и осколок кувшина, и обглоданная кость, и надпись, высеченная на камне. Хранят в себе память о минувшем и песни. Важна и тема, на которую они написаны, и образы, созданные поэтом, и сам его язык.

Тому, кого интересует недавнее прошлое нашей страны, очень много могут рассказать песни Александра Галича. Годы его жизни — 1918—1977. Он родился, когда Россия была охвачена пламенем гражданской войны, юношей пережил Великую Отечественную, хорошо помнил сталинское время, в годы "оттепели" стал известным драматургом и сценаристом, в период так называемого "застоя" эмигрировал из СССР. Он не понаслышке знал советскую историю и писал о ней — писал правду. Именно потому расходились по всей стране его песни на магнитофонных кассетах. Именно потому его ненавидели высокие начальники. Они сначала исключили его из Союза писателей, а потом изгнали из страны.

Что же мы узнаём о русской истории XX века и о современной поэту советской действительности, когда слушаем песни Галича?

Мы вспоминаем погибших солдат Великой Отечественной:

Где полегла в сорок третьем пехота,

Пехота, пехота,

Где полегла в сорок третьем пехота

Без толку, зазря,

Там по пороше гуляет охота...

Трубят егеря!

( "Ошибка")

Мы оказываемся в стране, где чуть не каждый второй — бывший узник:

Я подковой вмерз в санный след,

В лед, что я кайлом ковырял!

Ведь недаром я двадцать лет

Протрубил по тем лагерям.

("Облака")

Но и послевоенная, послесталинская жизнь оказывается вовсе не веселой. Трудно поэту в мире, где личную жизнь граждан "разбирают" на собраниях ("А из зала мне кричат: "Давай подробности!"), касса взаимопомощи не дает человеку денег, потому что "каждый рупь — идет на стройку", а на столе у палачей "икра и балычок".

В песнях Галича пьют водку, играют в домино, скандалят из-за жилплощади — ведут убогую и тусклую жизнь. И эти же люди получают какие-то почетные звания, выступают на собраниях, знают наизусть лозунги. Они окружены, задушены официальной ложью.

Время сеет ветры, мечет молнии,

Создает советы и комиссии,

Что ни день — фанфарное безмолвие

Славит многодумное безмыслие.

Здесь завидуют и сплетничают:

И в кино я не ходил: "Ясно, немец!"

И на танцах не бывал: "Академик!"

И в палатке я купил чай и перец:

"Эко денег у него, эко денег!"

("Баллада о стариках и старухах.

с которыми я вместе жил

и лечился в санатории

областного совета...")

Здесь подслушивают и пишут доносы:

...Я сижу, гитарой тренькаю.

Хохот, грохот, гогот, звон...

И сосед-стукач за стенкою

Прячет в стол магнитофон...

("Желание славы")

Но сквозь "фанфарное безмолвие" прорывается голос, который говорит, выкрикивает правду. О себе самом, о своих единомышленниках, писавших "в стол", публиковавшихся в "самиздате" и за границей, о них, рисковавших свободой, но сохранивших совесть и честь, пел Александр Галич:

Я выбираю Свободу, —

Но не из боя, а в бой,

Я выбираю Свободу

Быть просто самим собой.

("Я выбираю Свободу")

И это тоже правда о недавней истории России: одни выбрали ложь и сытость, другие — внутреннюю свободу — и судьбу узников и изгнанников.

Чтобы открыть книгу Галича, поставить в магнитофон его кассету, нужно мужество. Будет стыдно и горько. Ведь это не чужая, а наша история и наша боль. Чтобы излечиться, надо знать правду. "Спрашивайте, мальчики!" — призывал Александр Галич. И мы продолжаем спрашивать, читая его стихи и слушая песни.

загрузка...